В статье сделан вывод о том, что предъявление требования о восстановлении корпоративного контроля представляет собой частный случай применения признания права как общегражданского способа защиты, установленного в ст. 12 ГК РФ. Предложено деление корпоративных правоотношений на основные и зависимые (производные). Аргументирована позиция, согласно которой предъявление иска о восстановлении корпоративного контроля направлено на подтверждение основного корпоративного правоотношения между истцом и корпорацией, в том числе элемента его содержания - прав участия в корпорации. Защиту прав из производных корпоративных правоотношений указанное требование не обеспечивает. Выявлено то, что юридический интерес истца, предъявляющего требование о восстановлении корпоративного контроля, состоит в том, чтобы быть участником корпоративного правоотношения в целях осуществления прав участия в корпорации. Подобное представление о рассматриваемом способе защиты позволит преодолеть определенные трудности защиты корпоративных прав. Сделан вывод о том, что использование иска о признании корпоративных прав не должно ограничиваться предъявлением требования о восстановлении корпоративного контроля на основании п. 3 ст. 65.2 ГК РФ. Положения гражданского законодательства, регламентирующие признание права как способ защиты гражданских прав, должны раскрывать основные правила его применения, но не ограничивать возможности его использования. Ключевые слова: признание права, восстановление корпоративного контроля, способы защиты прав, защита корпоративных прав, подтверждение правоотношения, нарушение права, характеристика признания права, корпоративные правоотношения, корпорации, обязательственные правоотношения.
The article concludes that filing a claim for the recovery of corporate control is a special case of applying legal recognition of right as a general civil remedy stipulated by Article 12 of the Civil Code of the Russian Federation. The article suggests that corporate legal relationships should be classified as primary and dependent (derivative). The article contains arguments in favor of the opinion that filing a claim for the recovery of corporate control is aimed at confirming the primary corporate relationship between a plaintiff and a corporation, including its element in the form of interest in the corporation. This claim does not cover remedies arising from derivative corporate relationships. It has been acknowledged that the legal interest of a plaintiff filing a claim for the recovery of corporate control consists in participating in the corporate relationship in order to exercise the right with respect to an interest therein. Such a concept of the remedy in question makes it possible to overcome certain problems related to the protection of corporate interests. It has been concluded that using the claim for the recovery of corporate control should not be limited to claiming the recovery of corporate control pursuant to paragraph 3, Article 65.2 of the Civil Code of the Russian Federation. Civil law provisions regulating recognition of a right as a civil right remedy should specify basic rules for its application rather than limit the scope of its application.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.