ЛО Имин, аспирант кафедры информационного права и цифровых технологий
125993, г. Москва, ул. Садовая-Кудринская, д. 9
Luo Yiming, graduate student of the Department of information law and digital technologies
9, ul. Sadovaya-Kudrinskaya, Moscow, 125993
В статье рассматривается эволюция правового регулирования применения технологий больших данных в условиях цифровой экономики Китая. Автором выделяются три этапа становления соответствующей нормативной базы: начальный этап (до 2020 г.), характеризующийся фрагментарностью регулирования; этап формирования системной структуры (2020—2022 гг.), связанный с принятием ключевых законов в сфере данных, и современный этап (с 2022 г. по настоящее время), ориентированный на стимулирование оборота данных и их использование в качестве фактора производства. Особое внимание уделяется анализу «Двадцати положений о данных», закрепивших разделение правомочий в отношении данных и переход от охранительной модели к модели, ориентированной на использование. В заключении обосновывается институционализация больших данных в стратегическом планировании Китая и трансформация правового подхода от управления рисками к управлению развитием.
The article traces the evolution of the legal regulation of big data applications within the context of China’s digital economy. The author identifi es three distinct stages in the formation of the regulatory framework: the initial stage (before 2020), marked by fragmented normative provisions; the stage of systematic structuring (2020—2022), defi ned by the adoption of foundational data legislation; and the current stage (since 2022), focused on promoting data circulation and utilization as a factor of production. Special attention is given to the “Twenty Provisions on Data”, which introduced a diff erentiated system of data rights and signaled a shift from a protectionoriented to an utilization-oriented regulatory model. The conclusion highlights the institutionalization of big data in China’s strategic planning and the broader transformation of legal governance from risk prevention to development facilitation.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.