Ольга Алексеевна Кузнецова, главный научный сотрудник, заведующий кафедрой уголовного права, уголовного процесса и криминалистики Юридического института, доктор юридических наук, доцент,
117198 Москва, ул. Миклухо-Маклая, д. 6
Olga A. Kuznetsova, Chief Researcher, Head of the Department of Criminal Law, Criminal Procedure, and Criminalistics of the Law Institute, Dr. Sci. (Law), Associate Professor,
6, ul. Miklukho-Maklaya, Moscow, 117198
Мурад Мамедович Маджумаев, ведущий научный сотрудник, старший преподаватель кафедры уголовного права, уголовного процесса и криминалистики Юридического института, кандидат юридических наук,
117198 Москва, ул. Миклухо-Маклая, д. 6
Murad M. Majumaev, Leading Researcher, Senior Lecturer at the Department of Criminal Law, Criminal Procedure and Criminalistics, Cand. Sci. (Law),
6, ul. Miklukho-Maklaya, Moscow, 117198
Метавселенная, представляющая собой иммерсивную и постоянную виртуальную среду, в сочетании с неправомерным использованием технологий искусственного интеллекта для создания гиперреалистичных синтетических медиаматериалов (фото, видео, аудио), образует новую категорию угроз для общественных отношений в сфере обеспечения неприкосновенности частной жизни.
Действующие нормативно-правовые механизмы, предназначенные в основном для регулирования взаимодействия в физической реальности и более ранних итерациях цифровой среды, недостаточно адаптированы для эффективного противодействия вызовам, возникающим в связи с созданием, использованием и распространением так называемых дипфейков (deepfakes). Именно применение этих технологий для формирования виртуальных аватаров (образов) людей в метавселенной представляет собой особенно сложную задачу. Представлен возможный механизм установления юридической ответственности, основанный на формальном признании комплекса «виртуальные права личности». Этот комплекс включает в себя право на аутентичность и контроль над собственным аватаром, право на подтверждение авторства и защиту от незаконного присвоения виртуальной личности, а также право на обеспечение целостности виртуальной среды субъекта. Предлагаемый подход также предусматривает необходимость разграничения юридической ответственности между субъектами, непосредственно создающими синтетические медиаматериалы с использованием машинного обучения, теми, кто осуществляет их последующее использование и распространение, и провайдерами платформ метавселенной, обеспечивающими инфраструктуру для такого взаимодействия.
The metaverse, as an immersive and persistent virtual environment, forms a new category of threat to public relations regarding privacy, when combined with the misuse of artificial intelligence technologies to create hyper-realistic synthetic media (photo, video, audio).
Existing legal frameworks, predominantly designed to regulate interaction in physical reality and earlier iterations of the digital environment, are not sufficiently adapted to effectively counteract the challenges posed by the creation, use and dissemination of so-called deepfakes. The application of these technologies to the formation of virtual avatars (images) of people in the metaverse presents a particularly complex regulatory challenge.
Presented is a possible mechanism for establishing legal liability based on the formal recognition of a set of “virtual personality rights”. This complex includes the right to authenticity and control over one’s own avatar, the right to confirm authorship and protection from misappropriation of virtual identity, as well as the right to ensure the integrity of the subject’s virtual environment. The proposed approach also envisages the need to distinguish the legal responsibility between the actors who directly create synthetic media materials using machine learning, those who carry out their subsequent use and distribution, and the providers of metaverse platforms that deliver the infrastructure for such interaction.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.