Алиса Владимировна Гутенева, главный специалистДепартамента по организационно-протокольной деятельности 109028, Россия, г. Москва, Казарменный пер., д. 3
Alisa V. Guteneva, Chief Specialist of the Department for Organizational and Protocol Activities3, per. Kazarmennyi, Moscow, Russia, 109028
В статье проведен историко-правовой анализ развития исламского торгового права под влиянием светских европейских институтов. Указано, что вплоть до второй половины XX в. Влияние европейского торгового права на мусульманские правопорядки носило односторонний характер. Первоначально проникновение светских правовых институтов в исламское торговое право осуществлялось посредством права средневековых купцов (lex mercatoria). С начала XIX в. рецепция светского торгового права была обусловлена активной колониальной политикой европейских государств (моделью выступала французская система торгового права, отраженная в Торговом кодексе Наполеона). Сделан вывод, что только в конце XX в. международная коммерческая практика стала учитывать исламские договорные конструкции, а также религиозно-правовые запреты и дозволения шариата. Представлены основные аспекты проявления конвергенции правопорядков на современном этапе.
The article provides a historical and legal analysis of the development of Islamic trade law under the influence of secular European trade law. It was concluded that until the second half of the 20th century the influence of European trade law on Muslim legal orders was one-sided. Initially, the penetration of secular European trade law into Islamic commercial law was carried out through the law of medieval merchants (lex mercatoria). From the beginning of the 19th century the reception of secular European trade law was determined by the active colonial policy of European states (the model was the French system of trade law, reflected in the Napoleonic Commercial Code). Only at the end of the 20th century international commercial practice began to take into account Islamic contractual structures, as well as religious prohibitions and permissions of Sharia.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.