Дмитрий Михайлович Молчанов, доцент кафедры уголовного права, кандидат юридических наук, доцент125993, Россия, г. Москва, ул. Садовая-Кудринская, д. 9
Dmitry M. Molchanov, Associate Professor of the Department of Criminal Law, Cand. Sci. (Law), Associate Professor9, ul. Sadovaya-Kudrinskaya, Moscow, Russia, 125993
У российского законодателя отсутствует системный подход к криминализации создания групп определенной направленности, руководства ими и участия в таких группах. Разновидностью норм, содержащих запрет совершения таких деяний на первый взгляд являются нормы УК РФ, закрепленные в ч. 1—3 ст. 239 УК РФ. Эти нормы содержат запрет создания таких объединений или организаций, руководства ими и участия в них. Этот запрет обусловлен характером деятельности соответствующего объединения или организации. Проблема заключается в том, что речь идет об объединениях или организациях, которые обладают легальным статусом в Российской Федерации, а деятельность руководителей или участников таких организаций, которая запрещена УК РФ, выходит за рамки, определяемые их легальным статусом. Таким образом, участник или руководитель легально существующей организации может осуществлять незаконную деятельность под прикрытием такой организации без соучастия с кем-либо, а следовательно, нормы ст. 239 УК РФ не могут быть отнесены к специальным нормам Особенной части о преступных объединениях, поскольку наличие преступного объединения при совершении данных преступлений — факультативное обстоятельство.
The Russian legislator does not have a systematic approach to criminalizing the creation of groups of a certain orientation, their leadership and participation in such groups. At first glance, a variety of norms containing a ban on the commission of such acts are the norms of the Criminal Code of the Russian Federation, enshrined in the Part. 1-3 tbsp. 239 of the Criminal Code of the Russian Federation. These norms prohibit the creation of associations or organizations, their management and participation in them. This prohibition is due to the nature of the activities of the relevant association or organization. The problem is that we are talking about associations or organizations that have legal status in the Russian Federation, and the activities of the leaders or participants of such organizations, which are prohibited by the Criminal Code of the Russian Federation, go beyond the scope determined by their legal status. Thus, a participant or head of a legally existing organization can carry out illegal activities under the guise of such an organization without complicity with anyone, and, consequently, the norms of Art. 239 of the Criminal Code of the Russian Federation cannot be classified as special norms of the Special Part on criminal associations, since the presence of a criminal association when committing these crimes is an optional circumstance.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.