В статье рассматриваются особенности правосубъектности лиц, признанных недееспособными и ограниченно дееспособными вследствие психического расстройства. Анализируется объем дееспособности граждан, признанных ограниченно дееспособными вследствие психического расстройства. Отмечается, что граждане, ограниченные в дееспособности по п. 2 ст. 30 ГК РФ, не исключаются из участия в имущественном обороте, поскольку за ними сохраняется возможность совершать сделки (самостоятельно или с письменного согласия попечителя). Указывается на отсутствие в действующем гражданском законодательстве механизма реализации, установленного в п. 2 ст. 29 и п. 2 ст. 30 ГК РФ требования об учете мнения и предпочтений недееспособного и ограниченно дееспособного при совершении сделок и даче согласия на совершение сделок, соответственно, опекуном и попечителем. Автор обосновывает мнение о том, что, исходя из правовой природы личных неимущественных прав, признаками которых являются неотчуждаемость и непередаваемость, тесная связь с личностью, осуществлять личные неимущественные права опекун не может, он наделен правом и одновременно на него возложена обязанность защищать права и интересы недееспособного. Рассматриваются вопросы об ответственности гражданина, ограниченного в дееспособности вследствие психического расстройства.